Национальный опрос жителей Украины показал, что 31,2% респондентов соответствовали критериям посттравматического стрессового расстройства (ПТСР) или комплексного ПТСР (КПТСР), свидетельствуют результаты исследования, опубликованного британским академическим издательством Taylor & Francis Group в Европейском журнале психотравматологии.
"Был зафиксирован высокий уровень как травм, пережитых в течение жизни, так и связанных с войной. Национальная распространенность ПТСР по МКБ-11 составила 25,2%, при этом 6% респондентов соответствовали дополнительным критериям для КПТСР по МКБ-11, что дало совокупную распространенность на уровне 31,2%", – говорится в публикации.
Собранные данные отражают состояние психического здоровья на момент опроса, но не динамику изменений симптомов с течением времени. Материал статьи был получен изданием еще в 2025 году.
К факторам, связанным с более высокой вероятностью развития ПТСР или КПТСР, относились женский пол, пожилой возраст, более низкий уровень образования, предыдущая военная служба, вынужденное перемещение вследствие войны, а также большее количество травматических событий и связанных с войной стрессовых факторов, пережитых в течение жизни.
Одиночество было единственным фактором, специфически связанным с КПТСР, а не с ПТСР.
Соавтор исследования, клинический психолог Эмма Фейзер-Ирвин отметила, что тот факт, что ПТСР встречался гораздо чаще, чем КПТСР, может свидетельствовать о том, что психологические реакции на продолжающуюся войну не всегда четко вписываются в модели, разработанные в постконфликтных условиях. "Когда угроза остается актуальной и непредсказуемой, способы переживания травматического стресса и адаптации к нему могут различаться, и это является важной областью для будущих исследований", – указала она.
Ведущий автор исследования, преподавательница и исследовательница в области судебно-психиатрической помощи в Королевском колледже Лондона (KCL) Дейрдре Макманус отметила, что подавляющее большинство опрошенных пережило многочисленные травматические события в течение жизни, а многие также непосредственно пострадали от затянувшейся войны из-за вынужденного переселения, потери близких, разрушения своих громад или беспокойства за родных, и многие украинцы в повседневной жизни продолжают сталкиваться со стрессогенными факторами. "Несмотря на это, многие украинцы продолжают жить и адаптироваться в чрезвычайно сложных условиях", – отметила она.
Соавтор исследования, профессор кафедры социальных наук Киевской школы экономики Владимир Кулик отметил, что ПТСР и КПТСР касаются не только ветеранов или людей, находившихся вблизи зоны боевых действий. "Эти расстройства также распространены среди других категорий населения, сильно пострадавших от войны, – в частности, среди внутренне перемещенных лиц, людей, подвергшихся ракетно-дронным атакам на свои города и поселки вдали от линии фронта, а также тех, кто ухаживает за ранеными или травмированными людьми", – подчеркнул он.
По словам Кулика, дальнейшие исследования будут необходимы для понимания того, как психологическое воздействие войны развивается среди населения в целом, меняясь по мере продолжения конфликта.
Помимо специалистов из KCL и Киевской школы экономики, в группу исследователей вошли ученые из Университета Джорджа Вашингтона, Манчестерского университета, Центра исследований Восточной Европы и международных отношений (ZOiS), а также организации Combat Stress – ведущей британской благотворительной организации, занимающейся вопросами психического здоровья ветеранов. Исследование было инициировано исследовательской сетью "Конфликт и сотрудничество в Восточной Европе" (KonKoop) под руководством профессора Гвендолин Сассе (ZOiS) и профинансировано Федеральным министерством исследований, технологий и космоса Германии.
Исследование проводилось методом телефонного опроса по случайной выборке среди 2 тыс. 504 респондентов на подконтрольных правительству Украины территориях. Взаимосвязи между типом и количеством случаев пережитой травмы в течение жизни и военной травмы, а также ПТСР/ХПТСР исследовались с помощью ряда логистических регрессионных моделей с поправкой на возраст и пол. Выборка репрезентативна по возрасту, полу, семейному положению, уровню образования, макрорегиону, языку и национальности.
Перед началом полевых работ анкеты были предварительно протестированы на приблизительно репрезентативной подвыборке (n = 20) целевой группы (взрослых, проживающих в городских и сельских населенных пунктах Киева и девяти областей Украины). Во время сбора данных интервьюеры имели возможность задавать вопросы психологу и консультироваться с ним по сложным случаям. Средняя продолжительность интервью составляла 27 минут.